ilyAme писал(а):
3. В качестве спасения сценарной ямы я бы предложил вообще после ухода всех поваров, и всех крыс увести... И остаться приготовить блюдо одному только Антохе Эго... То есть не продолжать кормить весь ресторан всей крысиной стаей, а только его одного. Ну и, конечно, Живодэра. Что вполне было бы логично - ведь все повара свалили, и все остальные посетители ресторана тоже сами бы разошлись, так и не получив своих заказов. что лучше и более минорно подготовило бы нас, зрителей, к финалу и развязке, кстати, совсем не типично-пиндосскому хэппи-энду... Стало бы более отчаянно и мелодраматично, и к изумительной сцене "Критик, превращающийся в мальчика" накал был бы сильнее. Эмоции оборвались бы острее... Ну и потом быстрый скомканный конец, каков он и сейчас есть.
Кто со мной? У кого другие предложения?
Ок. Попробую доказать, что Берд все решил правильно:
По сути Реми - персонаж из той категории, которых называют Underdog. В истории они могут и не иметь определенного антагониста. Например – Форест Гамп. Антагонист такого персонажа сидит в нем самом – это его слабая сторона. Для Фореста – это его слабоумие и физиологическая проблема (в начале фильма). Для Реми – то, что он крыса. Препятствие является непреодолимым. Форест не станет гением, а Реми – человеком. Но суть истории в том, как они, несмотря ни на что, побеждают свои недостатки и достигают желаемого.
Но проблема underdog’а требует отражения на экране. Зритель ничего не поймет, если персонаж будет просто тупо сидеть в сторонке и всем видом выжимать слезу. И поэтому появляются локальные антогонисты. Например – мальчишки, которые не давали в детстве Форесту прохода. Человеческое общество, которому чужда идея крысы – повара и общество крыс – которым так же чужда идея сотрудничества с человеком.
Таким образом – антагонистов в Рататуе сразу два. В разные моменты времени они представлены разными персонажами.
В завязке 1 - диалог про то, как крысы едят помои – отец Реми
В завязке 2 - в сцене на кухне –бабулька с ружьем.
Далее оба конфликта несколько раз подчеркивается: эпизодом, когда Реми выпадает с мотоцикла. Эпизод, когда Реми снова встречается с отцом. Эпизод у магазина с инструментами для истребления Крыс. Разумеется – Живодэр – все его эпизоды с Реми. Хотя по сути – Живодэр больше для его друга. Тут получаются как бы сразу две переплетенные истории, вроде как в Криминальном чтиве. И промежуточный финал – это финал для Лингвини. Дальше снова идет история Реми.
И кульминацией всех трех конфликтов (люди – Реми, крысы – Реми, Живодэр – Реми) – является эпизод в багажнике машины. Важно не путать кульминацию и «финальную битву». Кульминация – эпизод наибольшего сочувствия к протагонисту. Он заперт. Унижен. Раздавлен. Брошен. Дальше – только в клетке и в воду. Вот она – кульминация. А дальше начинаются развязки конфликтов – «финальные битвы»:
Первым развязывается конфликт Реми – крысы. Отец его спасает. Самоотверженность Реми заставляет его задуматься, что в решении сына есть что-то здравое.
Далее развязывается конфликт Реми – люди. И развязывается он в два этапа: сначала Реми становится шеф-поваром – пусть и над крысами, а не над людьми – все равно это промежуточная победа, а главное – разрушение предубеждения, что крыса не может быть шеф-поваром. Кроме того – до этого он НЕ МОГ обходиться без человека. А теперь – смог. Существенная победа. Второй этап – это известная сцена про Рататуй. И смысл тут такой: первая часть утверждает сам ФАКТ победы (Реми – шеф-повар), а вторая утверждает масштаб этой победы (Реми - превзошел своего «учителя» и стал по мнению критика лучшим шеф-поваром Франции). Конфликт Живодэр – Реми развязывается в промежутке, мельком – потому что и конфликта то как такового нет.
Теперь попробуем мысленно убрать сцену с крысиной кухней. Но тогда, вроде как, Реми так и остался микрошефом под колпаком Лингвини. Чего же он тогда добился, когда все лавры все равно достаются Лингвини? Так не пойдет. Сцена нужна.
Теперь попробуем мысленно убрать сцену с рататуем. Но тогда Реми оказывается просто хорошим, но не ГЕНИАЛЬНЫМ поваром. Действительно – то, что он умеет хорошо готовить мы узнали еще минут сорок назад. Но именно в этом эпизоде раскрывается масштаб его таланта. И сцена необходима, чтобы подчеркнуть это.
А финал ... финал на самом деле может быть любым. Есть такое правило. Потому что фильм уже кончился
На самом деле, структура Рататуя крайне сложна. Я уже сказал, что по сути это сразу две переплетенные истории – Лингвини и Реми, переплетенные, частично пересекающиеся – но все-таки разные. И мы имеем два набора антагонистов, двух протагонистов, две завязки, кучу поворотных пунктов в обоих историях, два финала … нет, ребята. Это вовсе не банальный фильм. Не зря его сценарий был назван практически идеальным.
Ну, собственно вроде этого
Вход 
Регистрация
FAQ
Поиск
