Студия «Мельница» уже несколько лет тщательно и планомерно разрабатывает «богатырскую» тему
Фото: Александр Коряков/Коммерсантъ
Мультпросвет
Российские аниматоры, вынужденные существовать с надеждой на господдержку и гипотетический приход богатых инвесторов, влачат довольно жалкое существование. Кризис ударил по ним еще больнее, чем по игровому кино. Однако даже в таких условиях мультипликационные студии умудряются зарабатывать.
Полные метры веселых картинок
Голливудские полнометражные мультфильмы могут считать себя полноправными завоевателями отечественного зрителя. Россияне уже не просто водят своих детей в кино на мультик, а и сами с удовольствием выбираются посмотреть на героев "Тачек", "Рататуя и "Шрэка", делая немалый вклад в чужие бокс-офисы. Подогретый зарубежными мультфильмами интерес потребителя замечают и российские инвесторы. В последние несколько лет было осуществлено немало смелых полнометражных проектов, но успешные по соотношению "бюджет-сборы" можно пересчитать на пальцах одной руки.
Это фильмы "богатырской " трилогии студии "Мельница", на 40% оплаченные Минкультом: "Алеша Попович и Тугарин Змей" 2004 года и "Добрыня Никитич и Змей Горыныч" 2006 года (их бюджет — по $1,5 млн, первый собрал в прокате $1,73 млн, второй — $3,62 млн), "Князь Владимир" 2006 года студии "Солнечный дом" с бюджетом $5 млн, собравший $5,4 млн, "Бабка Ежка и другие" 2008 года студии UMP, его сборы составили $730 тыс. при бюджете $1,2 млн. А ведь были еще "Карлик Нос", "Незнайка и Баррабасс", "Щелкунчик"... Особняком стоит "Илья Муромец и Соловей-разбойник" 2007 года той же "Мельницы" — он стал первым российским анимационным проектом, окупившимся в прокате. Бюджет фильма составил $2,5 млн, а кассовые сборы достигли $9,74 млн.
Режиссер студии "Мельница" Константин Бронзит говорит, что успешны не фильмы сами по себе, а проект в целом. "Возьмите "Шрэка" или наших "богатырей",— объясняет он.— Классная идея позволяет выпускать продолжения, деньги делаются — в хорошем смысле слова — на отработанном материале".
Другие наши студии похвастаться такими успехами не могут. Многие решили переждать кризис, как "дочка" АФК "Система" — фирма Russian World Studios (RWS), объявившая прошлым летом о начале работы над мультфильмом "Конек-Горбунок". "Это длинные инвестиции, которые на данном этапе мы делать не готовы, анимационную программу мы заморозили до прояснения итогов кризиса,— сообщил гендиректор RWS Юрий Сапронов.— Но я думаю, что, наверное, уже в 2010 году мы этот проект реанимируем".
Из неудачных проектов киноэксперты выделяют мультфильм "Кракатук", который должен был выйти на экраны в 2004 году. Компания "Амедиа" инвестировала в него $3 млн, но из-за плохого качества анимации от него отказались все прокатчики. В проект попытались вдохнуть новую жизнь, позвав в режиссеры Егора Кончаловского и сменив команду мультипликаторов. Попытка провалилась, и в "Амедиа" решили переделать мультфильм. В новом варианте он будет называться "Наша Маша и волшебный орех", выход в прокат намечен на декабрь.
Увы, удел некоторых полнометражных мультпроектов — умереть не родившись. Похоже, такая судьба постигла проект группы "Централ Партнершип" (ЦП) — полнометражный 3D-мультфильм "Сапсан" с бюджетом $2,5 млн. Контракт на производство мультфильма, выход которого в прокат ожидался в этом году, ЦП подписала с продюсерским центром "Эра Водолея". Как рассказал "Деньгам" один из художников, принимавших участие в проекте, часть мультфильма была сделана в 3D Max, но внезапно сменился супервайзер, а новый пожелал работать в другой программе — Maya. Пришлось переделывать огромную работу, которая велась на протяжении года, деньги иссякли, а в ЦП, просмотрев материал, поняли, что финансировать дальнейшую работу над фильмом нецелесообразно.
Наша мультипликация не отвечает многим условиям, чтобы протиснуться на мировой рынок, признают продюсеры и аниматоры. Это полное отсутствие и сценарных идей, которые можно было бы взять в разработку, и грамотной подготовки мультипликаторов. Кроме того, недостаточно продюсеров, ясно представляющих себе, что они хотят получить от анимационного фильма и как организовать производство, добавляет руководитель студии "Мельница" Александр Боярский. Даже лучшие фильмы последнего времени мало подходят для внешнего рынка. Проблема шире, чем адаптация: нужно изначально планировать производство в расчете на внешний рынок, считает продюсер Георгий Васильев, продвигавший проект "Гора самоцветов" студии "Пилот".
Есть еще и чисто финансовый барьер. Чтобы перед фильмом открылись ворота европейского рынка, его бюджет — гарант качества — должен быть от $10 млн до $25 млн, говорит Георгий Васильев: "Пробиться на североамериканский рынок, а значит, и на мировой — от $50 млн. Если вы сравните лучший европейский фильм с лучшим американским, вы эту разницу в бюджетах сразу почувствуете: проработанность каждой секунды в американском фильме намного выше".
Госкормушка
Конечно, деньги, которые тратят на производство американские студии Pixar и DreamWorks (например, бюджет "Рататуя" — $150 млн, а "Тачек" — $120 млн), нашим и не снились. Но в США вдобавок анимационные студии обладают длительным опытом, на них работают передовые технологии и сложившийся рынок "домашнего видео", богатая практика мерчандайзинга и мощная кинематографическая индустрия. Это позволяет диктовать свою волю и продвигать мультфильмы за рубеж.
В России мультипликации приходится выживать за счет дотаций. Отрасль на 90% финансируется из госбюджета. На всю анимацию до кризиса государство выделяло $10 млн. По словам гендиректора компании ООО "Мультиков.нет" и руководителя проекта КОМС Павла Мунтяна, с ноября по июнь не было госфинансирования вообще, немало студий вынуждены закрыться, многие проекты были заморожены.
Но даже эта капля в море, оставшаяся после выделения денег на кинематограф, часто не доходит до аниматоров. Как рассказали "Деньгам" на условиях анонимности несколько источников из сферы российской анимации, решение о госфинансировании того или иного проекта принимает экспертный совет при Минкульте, и за счет этой кормушки существуют псевдопродюсерские коммерческие структуры, которые распределяют деньги таким образом, что до аниматоров доходит лишь небольшая часть из выделенных на производство средств. Система распределения не ориентирована на получение качественного, коммерчески выгодного продукта — деньги просто оседают в чьих-то карманах.
Телевизионные ростки
Конкурентная среда на российском ТВ для отечественных мультфильмов весьма жесткая. Приговор полнометражным мультикам подписало само российское законодательство: оно запрещает прерывать детские фильмы рекламой. Развернуться отечественной коммерческой анимации не дает и дороговизна ее производства. "Минута нашего качественного фильма обходится в $10 тыс., а диснеевские фильмы можно купить по $100-150 за минуту",— говорит Георгий Васильев. Кроме того, у телеканалов возникают вопросы и по поводу качества нашей анимации.
По словам гендиректора телеканала "2х2" Романа Саркисова, интерес у ТВ к производству анимации есть, но ничего не появляется в эфире, потому что нет интересных сценариев. А это краеугольный камень успеха. "Необходимо за счет сценария, за счет высокой смысловой нагрузки, пусть даже в ущерб качеству анимации, делать такой продукт, который был бы относительно дешев в производстве,— считает Саркисов.— Мы пробуем покупать нашу современную анимацию, но в нескольких студиях нам заявили, что минута стоит $600-800, а это невменяемые деньги".
Прижиться на ТВ могут, пожалуй, только сериальные проекты, говорят эксперты. Однако мультсериалов у нас пока, по сути, нет, случаи единичны. "Эфирные каналы, живущие за счет прямой рекламы, конечно, инвестировать в серьезные, качественные проекты не хотят",— убежден Саркисов. Примеров успешного сотрудничества анимационных студий и телеканалов мало: "Россия" вкладывает в производство "Приключений Лунтика", которые показывают в "Спокойной ночи, малыши!", да "Муз-ТВ", транслирующий сериал студии Antimult.msk "Кризис-шмизис". К слову, в Antimult.msk вынашивают наполеоновские планы по продаже прав телеканалам — на этом студия планирует заработать около $1,5 млн, окупив тем самым производство.
По словам Павла Мунтяна, на Западе давно осознали значение мерчандайзинга для извлечения прибыли из анимации: "Там еще до выхода мультфильма появляются компьютерные игры, брелоки, игрушки, одежда и т. д. Тщательно прорабатываются четкое позиционирование (гендерная часть, возрастная), целевая аудитория. Выпуск фильма идет параллельно с выпуском сопутствующей продукции".
Тому, как зарабатывать на продаже брендированной продукции в России, можно поучиться у самого успешного из российских сериальных проектов — "Смешарики" (студия компьютерной анимации "Петербург"). Это проект продюсера Ильи Попова и худрука Анатолия Прохорова. Идея мира без насилия оказалась настолько свежей и сильной, что после появления забавных кругляшей на СТС в марте 2003 года сериал сейчас доступен также на американском телеканале CW (там они выступают под названием Gogoriki), немецком Ki.ka, финском MTV3, украинском "Интере", в ряде других стран. "Серии "Смешариков" поначалу чуть ли не бесплатно отдавали на ТВ, так как прекрасно понимали, что они на этом не заработают,— рассказывает гендиректор кинокомпании "Мастер-фильм" и сопродюсер проекта Александр Герасимов.— Но сериал стал тем самым локомотивом, который потащил за собой весь мерчандайзинг".
Сегодня более 70 российских и международных компаний выпускают продукцию под брендом "Смешарики" (всего в линейке 2 тыс. наименований). За пять лет компания и партнеры инвестировали в проект более €20 млн (окупился он только на четвертом году существования благодаря франчайзингу), а в ближайшие пять лет в его развитие в России планируется вложить около €50 млн. Уже в 2007 году общий оборот по бренду "Смешарики" составил более $100 млн, а через четыре года, когда бренд достигнет пика, оборот лицензионных товаров увеличится в пять раз, надеются в управляющей проектом компании Marmelad Media.
Проблемы короткого метра
Короткометражная анимация в России живет сегодня только за счет господдержки. То, что у нас делается в этом сегменте анимации, больше относится к арт-хаусу, над которым работают очень долго и скрупулезно. Это не мейнстрим, фильмы годятся для показов типа КРОК и Суздальского фестиваля, но не для широкого зрителя, говорит Роман Саркисов. "2х2" пытался ставить по воскресеньям получасовой блок фестивального авторского анимационного кино, но доля зрителей, по словам Саркисова, была "просто кошмарной".
Фильмы, снятые на выделенные Минкультом деньги (то есть деньги налогоплательщиков), потребитель не видит, согласен Павел Мунтян: "У современных детей скорость восприятия гораздо выше, чем у нас с вами, им нужны мультфильмы более динамичные. То, что наши аниматоры делают сейчас в коротком метре, никого не интересует — ни телеканалы, ни кинотеатры, ни издателей DVD. Наши с вами деньги расходуются впустую".
Короткометражная анимация может распространяться в качестве цифрового контента. Например, в декабре 2008 года компания Focus Features выпустила эксклюзивный ролик из фильма "9" специально для владельцев iPhone. Но российский сегмент этого рынка находится в зачаточном состоянии, и реальных крупных сделок на нем пока не было.
Интернет как канал продвижения дает огромные возможности, считают мультипликаторы. "Мы вот имя себе на нем сделали,— улыбается автор нашумевшего в сети ролика "Smoke Kills" и продюсер проекта "Антимульт" Андрей Саймаков.— В один прекрасный день "Smoke Kills" показали в "Намедни" Леонида Парфенова, затем мы сделали для программы спецролик, после чего наши дела пошли в гору". На аудитории рунета собирается обкатать свои анимационные проекты и компания E-generator. "У нас разрабатывается детский проект — "Вообразавры",— рассказывает гендиректор компании Юрий Белоусов.— На данном этапе это очень короткие мультфильмы, где главными героями выступают персонажи, придуманные детьми. Сделано пока три серии. Когда завершим двенадцать, предложим этот продукт каналам".
Анимационные студии выживают в основном благодаря рекламным заказам. "Кроме того, они создают контент для мобильных телефонов, анимацию для игр, вирусные ролики",— говорит творческий руководитель и продюсер анимационной студии "Тунгуру" Владимир Лыков. По его словам, анимация используется в маркетинговых целях средним или крупным бизнесом. Например, недавно "Тунгуру" сделала серию 10-секундных мультиков для крупного российского СМИ по $1,5 тыс. за ролик. Цена рекламного ролика может варьироваться от $50 до $300 за секунду, говорит Лыков.
На творческой flash-мультипликации нельзя заработать, считает Андрей Саймаков,— нет бюджетов. "Есть бюджеты творческо-коммерческие, но они формируются вокруг крупных рекламных агентств и приближенных к ним студий, которые готовы дать, например, наибольшую скидку,— объясняет Саймаков.— Если говорить о flash-мультипликации, все заняты производством коммерции всякого рода. Сейчас мы делаем презентационные ролики для Sony и Альфа-банка, бюджеты там порядка $30 тыс. Средний наш чек — это $6-8 тыс. за ролик под ключ".
По словам специалистов, время, в течение которого можно совершить прорыв и вписаться в международный рынок, практически на исходе. Те, кто успел внедриться, стали мировыми производителями анимации — Индия, Испания, Канада, Франция. Во Франции, кстати, узаконено квотирование анимации на телеэкранах страны, разговоры об эффективности этой меры в российском мультсообществе ведутся. Пока же аниматорам остается надеяться только на чудо: а вдруг все-таки появится какой-то бизнес-проект, инвестор, а вместе с ним грамотный продюсер, который объединил бы под своим крылом талантливых аниматоров, сценаристов и по крупицам собрал студию, способную произвести отличный продукт?
РОМАН РОЖКОВ
Журнал «Коммерсантъ. Деньги» № 38 (743) от 28.09.2009
](./images/smilies/eusa_wall.gif "Brick wall")
Зашибись!
